Мир фантастики Дэна Шорина
Фантастика Дэна Шорина
скоба
Rambler's Top100
Реклама:

публикация в авторском сборнике «Большой Космос» (2012 год)
спецноминация Звезды внеземелья(2010 год)

Уйти, чтобы вернуться

– Внимание, отправление рейса CS73022, Луна Солнечная – Эфес Вега задерживается согласно требованию таможенной службы. Новое время старта будет доведено до пассажиров посредством персональных коммуникаторов. На время проведения расширенного таможенного контроля всем владельцам билетов на этот рейс за счет "Solar Astronautic" предоставляется зал отдыха первого класса "Трансплутон-12".
Глеб тяжело вздохнул и выдернул динамик из уха. И кто только пишет такие тексты? Канцелярит сплошняком, даже на язык не ложится. Тяжелый костюм Громозеки, в который был облачен восемнадцатилетний аниматор, отчасти компенсировался шестикратной гравитационной разницей между Землей и Луной, однако, вес и масса понятия всё-таки разные, и к концу смены он уставал как собака. Развлекать туристов было прямой обязанностью Глеба, кроме этого он стучал в службу безопасности обо всех подозрительных действиях пассажиров – террористов в XXIV веке было предостаточно, и каждый из них спал и видел, как взорвать лунный терминал.
А ещё у Глеба была мечта. Воспитанный на классической фантастике, он грезил звездолётами и чужими мирами, Луну он воспринимал только как промежуточную ступень между Землёй и дальним космосом. В аниматоры он завербовался в тайной надежде при первой возможности удрать к звёздам. Правда, проведенные на терминале две недели заметно охладили пыл юноши. Таможенники не зря получали свой паёк, даже котенок не проскользнул бы на борт корабля в обход службы. Многоуровневая система контроля, получившая в народе меткое название "зоркий глаз", не имела слабых мест. Ещё неделя на Луне, а потом Глебу придётся возвращаться на Землю, навсегда позабыв о звёздах. Аниматор тяжело вздохнул и поднял все шесть киберрук, приветствуя туристов. И тут его взгляд упал на девушку.
Юная – года на три младше самого Глеба, с русыми вьющимися волосами и правильными чертами лица она казалась чужой в суетливой лунной толпе. На спине у девушки громоздился рюкзак, из которого торчала корявая лапа морского якоря, из-за левого плеча торчала рукоять раритетного меча, возможно даже боевого. Но первое, что поразило Глеба – её улыбка: открытая, чуть смущенная, искренняя. Девушка скользнула взглядом по фигуре Громозеки, потом взглянула чуть более внимательно.
– Привет, Шут! – в голосе её был заметен незнакомый Глебу акцент, от чего слова звучали мелодично.
– Я не шут, я Громозека! – возразил Глеб. – В смысле, мой персонаж – Громозека, а я аниматор, сотрудник терминала.
– Дык, я и говорю: Шут, – сообщила девушка. – Хочешь в космос, Шут? К звёздам, к иным мирам!
– Хочу! – выдохнул юноша. Почему-то он сразу поверил, что эта странная девчонка не шутит, что она может воплотить его детскую мечту.
– Тогда стягивай костюм и айда за мной, – подмигнула девушка. – Меня зовут Миневра.
– Глеб, – на большее у юноши не хватило дыхания.
– Я буду звать тебя "Шут", – хмыкнула она. – Плохо запоминаю имена.
– А ты не разыгрываешь? – в Глебе проснулся здоровый скептицизм. – Через таможню котёнок не проскочит.
– У меня есть вот это, – Миневра одним движением вытащила из кармана желтую блестящую карточку универсального эконом-пропуска "Duos".
Глеб, на глазах опешивших пассажиров лихо размахивая киберруками, промчался к подсобке, одним движением выскользнул из костюма, второпях натянул технический комбез, и выскочил в коридор, думая об одном: только бы не ушла, только бы не ушла, только бы не ушла...
Миневра не ушла, она дожидалась Глеба на краю зала, поставив рюкзак на пол и потягивая из овальной фляги тоник. На полу якорь казался ещё больше и тяжелее, было непонятно, зачем Миневра таскает на себе такую тяжесть.
– А это что? – спросил Глеб, указывая на якорь.
– Контрабанда, – хмыкнула девушка. – Если больше вопросов нет, тогда пойдём.
– А если есть?
– А если есть, можешь поискать того, кто удовлетворит твоё любопытство, а я пока подберу себе другого напарника.
– Идём, – быстро согласился Глеб.
Миневра вскинула на спину рюкзак и уверенной походкой отправилась к техническому лифту. Глеб семенил за ней, на ходу размышляя, кто же она такая, эта загадочная девушка, с которой его свела судьба.
Таможенный терминал они прошли быстро. У Глеба вообще не было никаких вещей, только документы и комбез, а рюкзак Миневры таможенники просветили мультилучевым потоком буквально за пять минут. Толстый таможенник задумчиво поскреб шершавую поверхность якоря детектором Менделеева, почесал затылок.
– Чугун?
– Чугун, – легко согласилась Миневра.
Больше вопросов со стороны таможни не последовало, процедура досмотра закончилась.
Узкие коридоры двадцать третьей палубы не создавались для туристов. Здесь можно встретить только техперсонал, владельцев внутрисистемных яхт, да немногочисленных бизнесменов, остро нуждающихся в недорогом грузовом транспорте. Миневра уверенно держала направление, и вскоре перед Глебом открылся широкий док с покрытыми матовой противорадиационной пастой стенами. Несколько аляпистых корабликов, скорее даже челноков, стояли около прозрачной полиметаллической оболочки дока. А дальше, прямо за ними горели звезды. Глеб засмотрелся на звезды и поэтому прозевал, когда на середину зала из какой-то подсобки вышли два юноши в стильных костюмах аля "покорители Марса". Им было лет по двадцать, у каждого из-за левого плеча торчала рукоять меча.
– Миневра, какими судьбами?!! – воскликнул один из них, и в его тоне Глеб не заметил ни толики дружелюбия. – Ещё не осознала, что большой спорт не любит маленьких девочек?!
Девушка молча пошла к челноку, не реагируя на издёвки. Парни шагнули наперерез, загораживая Миневре путь.
– А это кто? Твой новый напарник? По-моему, я видел его в костюме клоуна. Спорим, он удерёт после первой же высадки?! Джейсон был героем, он прошел с тобой целых три планеты!
Глеб сжал кулаки, но Миневра смерила его ледяным взглядом и коротко сказала:
– Шут, молча иди за мной, – и плечом аккуратно оттерла насмешника.
– Шут, а ты знаешь, почему она таскает в рюкзаке якорь? – выкрикнул насмешник уже сзади.
– Почему? – любопытство взяло верх, и Глеб развернулся вполоборота.
– Она якорь команды. Худший ориентировщик за всю историю существования спорта. Поздравляю тебя с удачным выбором напарницы, Шут!
Миневра медленно обернулась, и Глебу показалось, что в доке заметно похолодало.
– Кречет, твой язык прекрасно сойдёт за половую тряпку, он такой же широкий, без костей и воняет. А тебя, Шут, я, кажется, просила молча идти за мной. Ключевое слово "молча". Осознал?
В её зеленых глазах полыхали два пожара, и Глеб не стал спорить, просто склонив голову. Миневра по технической лестнице вскарабкалась на крыло, запрыгнула в кабину, юноша взобрался за ней. Фюзеляж бесшумно опустился, и Миневра со злостью рванула рычаг на себя. Челнок отпустился под пол, а потом катапульта одним мощным броском вышвырнула его за пределы терминала. Внизу мелькнул лунный грунт, включились пространственные двигатели, Глеб ощутил слабый нырок телепортации, а уже в следующую секунду вокруг челнока был только космос.
Бытует мнение, что космос – это просто пустота, отсутствие атмосферы, комфорт со знаком минус. Те, кто так считает, космос никогда не видели. Космос – это бескрайняя чернота, с оттенками коричневого, фиолетового, малинового. Холодные иглы звезд пронзают пространство, создавая немыслимые оптические эффекты. Если долго смотреть сквозь иллюминатор, то можно увидеть зыбкие тени, которые снуют туда-сюда, от одной звезды к другой. Космос завораживает своей чистотой, глубиной, объемом. Только здесь, в сотнях астрономических единиц от ближайшей звезды можно кожей ощутить настоящий объем, прикоснуться к загадочным тайнам пространства.
Миневра тем временем выскользнула из кресла, достала из вмонтированного в корпус челнока холодильника большую пиццу с беконом и графин с апельсиновым соком.
– Не хочешь подкрепиться? – спокойно предложила она.
– Не-а, – Глеб с упоением созерцал звезды, и такие банальности как еда его в данный момент не интересовали.
– А придётся. Даже если у тебя пространственная болезнь. Скоро высадка. Потом не до еды будет.
Глеб с трудом оторвался от созерцания великолепия и перевел взгляд на девушку.
– Рассказывай начистоту, что за высадка, и зачем я тебе вообще нужен?
Миневра плюхнулась обратно в кресло и бессильно замолотила кулачками по подлокотникам.
– Ты же слышал Кречета! Я занимаюсь спортивным ориентированием в инопланетных условиях. Или просто ориентированием. В последние разы не очень удачно, – девушка покосилась на якорь. – Мой напарник от меня сбежал, я просто не успевала найти никого на место Джейсона. Понимаешь, у меня отличная интуиция. Ориентирование – это не только способность пройти с катаной, Шут. Ориентирование – это умение находить оптимальный выход в любой ситуации. Я увидела тебя там, на терминале, и в голове что-то щёлкнуло. Одну меня не допустят к высадке, двоих – запросто. Мне нужен напарник – ты будешь им. Почти все аниматоры рвутся через терминал в глубокий космос и через месяц возвращаются на Землю ни с чем. Я была уверена – ты не откажешься от шанса увидеть звёзды. Ведь не откажешься?
– Не откажусь, – вздохнул Глеб.
– Тогда лопай, – Миневра протянула юноше кусок пиццы. – Координаты шарика для высадки могут придти в любую минуту.
Расправившись с едой, Глеб принялся было снова созерцать звезды, но Миневра решительно затемнила иллюминатор.
– Значит так, краткая инструкция по поведению на чуждой планете. Во всём слушаться меня, идти за мной след в след, ничего не есть и не пить без разрешения – неизвестно какая там будет ксенохимия. Быть готовым к высадке – как только челнок опустится на грунт, нам необходимо будет сделать марш-бросок километров на десять, посадка привлечет местных хищников. Потом сориентируемся на местности, запеленгуем маяк, и будем топать к нему пока не дойдём.
– Оружие дашь? – коротко спросил Глеб.
– Оружие будет только у меня, – отрезала Миневра. – Тебе право на оружие предстоит ещё заслужить. Не бойся, я профессионально владею катаной.
– Катаной? – Глеб представил, что окажется на чужой планете в сопровождении девочки-тинейджера, вооруженной тонкой полоской стали, и ему стало не по себе. – Может, мне лучше остаться в челноке?
– Ты что, про ориентирование никогда не слышал? – удивилась девушка. – Никакого огнестрела, никаких лазеров, никаких ядерных бомб! Только холодное оружие и толика химии XXIV века. Не дрейфь, как только выясним куда попали, я натру лезвие соответствующим токсином, любая царапина, нанесенная этой катаной, для туземных обитателей будет смертельной.
– Хм... Это как-то неожиданно, – промямлил Глеб.
– Если хочешь, можешь слинять вслед за Джейсоном, – на глаза Миневры навернулись слёзы. – Но, пожалуйста, только после высадки! Я докажу им, что я не якорь. Пожалуйста! Чего тебе стоит?
– А этот якорь... – Глеб замялся.
– Им нагружают худшую пару по результатам высадки. Ту, которая покажет самое плохое время. Я таскаю его уже полгода! С разными напарниками! Это несправедливо!
Миневра вытерла рукавом слезы и улыбнулась:
– Мы сделаем их в этот раз, Шут, мы обязательно их сделаем!
Прежде чем зазвучал сигнал, они успели подкрепиться ещё три раза. В промежутках между едой Глеб долго смотрел на звезды, Миневра же читала какую-то раритетную книгу. Мелодия о входящем сообщении была воспринята с воодушевлением, девушка тут же прыгнула в кресло, считала координаты на микродиск и задействовала пространственные двигатели. А потом началась суета.
Планета оказалась покрыта лесом. Деревья в борьбе за место под солнцем поднимались на высоту в несколько сотен метров, закрывая поверхность сплошной пеленой зелени. Разумеется, Глеб сразу же окрестил лес джунглями и тут же выслушал лекцию от Миневры о том, что существует всего пять видов условно обитаемых планет: лес, кустарник, степь, пустыня, океан. Всё остальное – либо смешанные типы, либо диалектные наименования.
Челнок мягко опустился на грунт, едва не раздавив маячок, от которого ориентировщики начинали путь. Миневра буквально выпихнула Глеба из челнока, швырнула в него рюкзак с якорем, спрыгнула сама, и в тот же миг челнок на автопилоте рванул вверх, на орбиту.
– За мной, Шут! – выдохнула Миневра, взвалив на спину тяжеленный рюкзак.
Глеб бежал молча, поражаясь той неукротимой силе девушки, которая вела её сквозь джунгли, к незримой победе. К цели, которую она однажды поставила перед собой, ради которой упрямо преодолевала все трудности.
То что десять километров – это немного, может думать только городской житель. В мегаполисе на такое путешествие уходит час-полтора, в лесу – полдня. Ориентировщики дважды пересекали неглубокие реки, причём зеленый шатер над ними был даже плотнее, чем в других местах, видимо, растущие около воды деревья имели фору по сравнению со своими менее удачливыми родственниками. Только один раз был замечен какой-то зверёк размером с кролика, который при виде людей со всех конечностей рванул в чащу. Всё это время Глеба терзала мысль, что они фактически беззащитны, катана Миневры была девственно чиста – подходи любой инопланетный зверь и кушай незадачливых спортсменов. Если не считать занятий физкультурой в колледже, Глеб не имел к спорту ни склонности, ни отношения, но несмотря на это он мысленно называл себя спортсменом, ориентировщиком. Возможно, появление Миневры пробудило в нем давным-давно дремавшие способности, но он шел по лесу с непоколебимой уверенностью, что всё закончится хорошо, может быть медалью, что Миневра избавится от тяготящего её якоря. Впрочем, несмотря на дополнительный груз, Глеб едва поспевал за девушкой, которая чувствовала себя на незнакомой планете как дома.
Джунгли пахли. Здесь стояла какая-то вонь, явно органического происхождения, вот только на Земле подобной органики не существовало, поэтому определить компоненты запаха Глеб не взялся бы. Носовые фильтры не помогали, казалось их не существует для инопланетной органики.
Когда Миневра, посмотрев на запястный микрокомпьютер, решила, что от места посадки их отделяли запланированные десять километров, она бросила рюкзак на редкую траву, посмотрела на порядком уставшего Глеба и выпалила:
– Кислое яблоко было откусано человеком с кислым выражением лица, и он умер!
– В смысле?
– Улыбнись, Шут, всё отлично!
Повернувшись к Глебу спиной, девушка вынула из рюкзака якорь – теперь юноша мог рассмотреть его ближе: кривые лапы, ржавчина на краях, неровная гравировка. Не было в этом якоре ничего особенного, когда Миневра назвала его контрабандой, Глеб, честно говоря, испугался, но таможенники развеяли его страхи, а объяснение девушки полностью их затушевало. Миневра тем временем достала со дна рюкзака нечто, что оказалось походной ксенолабораторией. Глеб подошёл поближе, наблюдая за действиями спутницы.
– Шут, ты в технике разбираешься? – спросила она, на секунду оторвавшись от окуляра.
– В колледже немного изучал.
– В рюкзаке широкополосный приёмник, цепляй пеленг финиша.
– А на какой частоте она вещает? И как я её узнаю?
– Пройдись по всем подряд. Не дрейфь, услышишь – узнаешь.
Приемник лежал в кармане рюкзака, примерно с таким Глеб проходил практику по радиоискусству. Запустив сканер частот, юноша уселся на траву, наблюдая, как Миневра проводит первичные анализы ксеносферы. Работа у девушки спорилась, минут через двадцать она довольно хмыкнула, и достала из рюкзака необходимые для синтеза токсина тюбики. Бросив короткий взгляд на Глеба, она спросила:
– Ну что там?
Глеб перевел взгляд на дисплей и довольно хмыкнул:
– Есть пеленг!
– Северо-восток? – спросила Миневра, тщательно перемешивая биореактивы.
– Северо-восток, – согласился Глеб, сверившись с компасом. – Около сорока километров. Откуда знаешь?
– По уклону вижу. Разработчики маршрута не собирались дать нам возможность просто спуститься вниз по течению. Я закончила, Шут, сейчас натру катану, и мы продолжим марш-бросок.
Глеб тяжело вздохнул, он надеялся хотя бы на маломальский отдых. Но против судьбы в лице симпатичной русоволосой девушки не попрёшь. Миневра тем временем тщательно отполировала своё оружие, нанесла на него темно-бурую мазь, и тщательно растерла её по режущей кромке. Потом убрала оборудование в рюкзак, запихнула сверху якорь и рысцой отправилась в указанном Глебом направлении. Юноше ничего не оставалось делать, как, выдерживая, темп последовать за ней.
Первых агрессивных представителей местной фауны они встретили часа через четыре, когда у Глеба уже открылось второе дыхание. Небольшой зверёк внешне напоминающий паука спрыгнул на Глеба со свисающей ветки. Миневра одним движением выхватила оружие, разрубив зверька ещё в полёте, так что к ногам юноши упал уже безжизненный комок. Глеб пихнул его ногой, с трудом скрывая отвращение – пауков он не любил.
– Не расслабляйся, Шут, время идёт! – фыркнула Миневра и продолжила размеренный бег.
Бывший аниматор сплюнул на землю и помчался вслед за девушкой через джунгли чужой планеты.
Вечерний привал они сделали на берегу небольшой реки. Дойти до места назначения за один день было нереально, ну а сон Миневра считала непозволительной тратой времени, поэтому сошлись на полуторачасовом привале, который позволит восстановить силы, но не отнимет слишком много времени. Девушка расстелила на земле кусок ткани и уселась на него, поджав под себя ноги. Глеб опустился рядом. Ему нравилась Миневра, но после дневного перехода сил на всякую ерунду уже не осталось, да и катана девушки вызвала у Глеба вполне закономерное опасение. Поэтому он просто сидел, наслаждаясь неподвижностью и погладывая на хрупкие плечи и изящную фигуру напарницы.
В это время из-за дерева выскочило нечто.
Больше всего это нечто напоминало лесного кота: прижатые к голове уши, длинные усы, вытянутая морда. Вот только лап у кота было несколько больше чем положено, да на спине трепыхались тонкие, почти прозрачные крылья. Кот с опаской приблизился, расправил крылья, зашипел, но катана была уже в руке у Миневры и она рубанула по крылу – наотмашь. Брызнула зеленая жидкость, которая могла быть кровью, а могла – просто растительным соком, и тут кот атаковал. Разъяренное существо вцепилось в руку Миневры, та вскрикнула, выронила катану, и упала на траву. Кот навалился на девушку всем телом, недвусмысленно давая понять, что планирует добраться до её горла. Глеб непроизвольно вскрикнул, швырнул в кота рюкзак с якорем и подхватил упавшую катану. Кот развернулся к Глебу, и юноша рубанул – безо всяких техник, просто со всей дури – по оскаленной морде животного. Кот что-то неразборчиво мявкнул и скрылся в лесу, истекая зеленой жидкостью. Глеб наклонился к Миневре.
– Спасибо… Глеб, – выдохнула она и поцеловала юношу в щеку.
Рука ориентировщицы кровоточила, Глеб достал аптечку, обработал рану антисептиком, а сверху наложил повязку.
– Почему токсин на него не подействовал? – спросила Миневра.
– Не знаю, – ответил Глеб. – Может быть, у него нет крови.
– А это что такое? – девушка ткнула палец в зеленое пятно на ткани.
– Может быть, растительный сок? – предположил Глеб.
– Фигня, – вынесла свой вердикт Миневра. – Это кровь.
Она тщательно свернула ткань, взяла с земли образцы крови и попыталась закинуть на спину рюкзак, но только ойкнула, задев ремнем раненую руку.
– Давай я понесу! – Глеб без раздумий поднял рюкзак с якорем.
Рюкзак был тяжелым, было непонятно, как его тащила всю дорогу хрупкая девушка. Уже через пару километров Глеб готов был свалиться замертво, лишь бы не нести эту тяжесть. Миневра, напротив, задумчиво шла по лесу с катаной в здоровой руке, теперь она реагировала на каждый шорох, доносившийся из чащи. Ещё через час Глеб запросил привал. Миневра неохотно согласилась, они уселись на поваленное дерево, девушка склонила голову на плечо Глебу.
– Почему токсин на него не подёйствовал? – спросила она в очередной раз.
– Не знаю, – опять ответил Глеб. – Вот вернемся на челнок, сделаем анализ крови этого крылатого кота.
– Может быть, он инопланетянин?
– Что-о-о? – Глеб с удивлением взглянул на спутницу.
– Ну не принадлежит к ксеносфере этой планеты, потому токсин и не подействовал.
– Слабо верится, – сказал Глеб.
– Мне тоже. Но должно же быть какое-то объяснение, Шут, – Миневра осеклась. – Ты не обижаешься, что я называю тебя Шутом?
– Ничуть, – ответил юноша. – Называй, как хочешь.
– Меня зовут Татьяной, – продолжила девушка. – Миневра – спортивный псевдоним.
– А почему Миневра? – Глеб аккуратно обнял спутницу.
– Была в древности такая богиня – Минерва. А я, когда выбирала ник, немного перепутала буквы. Получилось что получилось. Ну что, подъем, Шут! Мы должны придти к финишу в срок.
Дальнейший маршрут просто выпал у Глеба из памяти. Монотонное движение отупляло, нападения мелких хищников, которые время от времени отражала Миневра, вносили хоть какое-то разнообразие. Каждый час делали привал – у Глеба просто не хватало сил, после щадящей гравитации Луны даже самая маленькая планета не оставляла никаких шансов. А тут ещё рюкзак, непроходимые джунгли, и Миневра с припухшей рукой, на лице которой к утру проступила нездоровая бледность. На каждом привале Глеб снимал пеленг, раз за разом они проходили всё меньше и меньше. Миневра брела рядом с Глебом, судя по выражению лица девушки, рука болела сильно. И когда в полумраке джунглей возник металлический корпус, счастью ориентировщиков не было предела. Глеб затащил почти бесчувственную Миневру в эвакуационный кокон, задраил изнутри переборки и вдавил в стену оранжевую кнопку. Сразу исчезла давящая на грудь гравитация, в легкие хлынул свежий фильтрованный воздух. Глеб распахнул люк кокона и увидел широкий холл, в котором столпилось около двух десятков молодых людей, вооруженных холодным оружием. От толпы отделился один из них, Глеб узнал Кречета.
– Миневра и Шут, – констатировал тот. – Как всегда, последние. Может быть вам, ребята, стоит попробовать заняться каким-нибудь другим видом спорта? Например, шахматами.
Глеб молча шагнул вперед и без замаха двинул Кречета по лицу. Тот потер подбородок, потом протянул для рукопожатия ладонь:
– Мужик, уважаю.
Рядом с ними появилась Миневра, она молча прислонилась к Глебу и вымученно улыбнулась:
– Ну что, Кречет, получил в лицо? В следующий раз будешь думать, что говорить.
– В следующий раз мы обязательно придём раньше этой птицы, – ответил Глеб и прижал девушку к себе. – Я обещаю.

  © Дэн Шорин 2005–2017