Мир фантастики Дэна Шорина
Фантастика Дэна Шорина
скоба
Rambler's Top100
Реклама:

На сайте http://pasador.ru клапаны обратные межфланцевые.

Меч с именем

В Подгорье пахло сыростью и плесенью. Гномы жили здесь вторую тысячу лет, и все это время посетители Подгорного Царства должны были вдыхать этот затхлый запах...
Гном появился у меня за спиной. Как он думал – бесшумно. Я приложил некоторое усилие, чтобы не обернуться.
– Чего надо, эльф? – рыкнул гном.
Мне даже не пришлось особенно разыгрывать удивление.
– Я не эльф, я человек!
– Вижу, – гном презрительно хмыкнул. – Ни один эльф никогда не наденет такую пижонскую рубаху!
– Чем тебе не нравится моя рубаха? – совершенно искренне спросил я.
Всего два дня назад я эту рубаху купил за три динара. На мой взгляд, лавочник сильно продешевил.
– Я же сказал, она пижонская! – гном косо посмотрел на меня. – В тебе есть эльфийская кровь.
– Совсем немного...
– Примерно половина, магистр. Мы ждали тебя.
Теперь я удивился по-настоящему.
– Я еще два дня назад еще не знал, что пойду к вам! Откуда вы могли узнать об этом?
– Задай этот вопрос Патрику. Может, он тебе ответит, – равнодушно произнес гном. – Ну что, пошли?
Патриком звали легендарного гномского кузнеца, по слухам лучшего мастера нынешней эпохи.
– Может вы знаете и зачем я сюда пришел? – я нервно хмыкнул. – Ну и вонь здесь...
– Не знаю, не знаю... – гном шумно принюхался. – Мои носки пахнут сильнее. Ты пришел к нам за мечом?
Я машинально провел рукой по волосам. Заклятье, защищающее меня от излишне любопытных магов, склонных читать чужие мысли, было активно.
– Не бойся, это логика, – гном улыбнулся, заметив мои действия. – Для чего еще магистр света может припереться в Подгорное Царство?
– Ну, например, чтобы осведомиться о здоровье Патрика...
– Не надейся! – моментально ответил гном. – Патрик еще всех вас переживет.
– Магистров света? – вкрадчиво спросил я. – Так мы же вроде как союзники?
– И магистров света, и темных колдунов, и ублюдков эльфов, и кретинов людей... короче всех.
– Э-ге-гей, а не собираетесь ли вы возродить Великую Империю Гномов?
Гном машинально прикоснулся к голове, и я вдруг понял, что угадал. К счастью, пока мы были союзниками.
– Ладно, топай за мной, да помалкивай! Не каждому счастливцу удавалось выбраться из Подгорного Царства!
– Но я же пришел не за сокро...
Гном свирепо поглядел на меня, и я поспешно заткнулся.
Мы шли по рукотворным пещерам, неуклонно углубляясь под землю. Проходы освещались лампами холодного света. Если набрать светляков и посадить их в банку будет примерно такой же эффект. Короче, ничего не было видно. Впрочем, привычным к темноте глазам гнома этого освещения вполне хватало. Постоянно попадались ответвления от основного рукава, гном то и дело сворачивал то вправо, то влево, а я, как осел, тупо следовал за ним. Где-то через двадцать минут мы подошли к широким воротам.
– Минтин, открывай! – прокричал мой спутник. – Я магистра привел!
Минтин оказался коренастым привратником, больше похожим на трухлявый пень, чем на живое существо. Он молча распахнул ворота и, взяв меня за руку, повел внутрь. Еще через десять минут мы остановились перед невзрачной дверью, которая при нашем приближении предусмотрительно распахнулась.
– Патрик ждет, – произнес Минтин.
– Отлично, – я вошел внутрь.
Патрик трапезничал. Он сидел за столом и уплетал маисовые лепешки.
– Добрый день, – сказал я.
– Придурок, – ответил Патрик.
– Я не понял, что вы...
– Ты придурок, – повторил Патрик.
– Почему? – не понял я.
– Это надо спросить у твоих родителей. Вероятно, несовместимость ДНК.
– Вы считаете, полуэльфы глупы? – начал закипать я.
– При чем тут полуэльфы? Я сказал, что ты придурок.
– Я полуэльф. Вы сказали, что я придурок. Следовательно...
– Следовательно, ты придурок. Я сказал только то, что сказал. Давай не будем обобщать.
Я призадумался. Логику гномов иногда трудно понять.
– Почему вы решили, что я придурок?
– Ты сказал: "добрый день", – Патрик ухмыльнулся и вытер рот рукавом.
– Я поздоровался. Проявил элементарную вежливость, показал воспитание.
– Ты тупость свою показал, а не воспитание. В подгорье не бывает дня. Здесь сумрак.
Я задумался. Какая-то логика в словах гнома была.
– Тяжело вам, – посочувствовал я. Мне не хотелось портить с гномом отношения.
– Остальным расам будет еще тяжелее. Скоро мрак окутает поверхность. Сумрак лучше, чем мрак, полуэльф.
Я был рад, что гном завел этот разговор. Я собирался просить у гнома меч, но не знал с чего начать. А теперь гном сам перевел разговор на нужную тему.
– Помоги нам победить мрак, – попросил я.
– У вас не получится, – ответил гном.
– Почему?
– Там на поверхности день кончается и начинается ночь, а после снова приходит день. Это естественный круговорот света. Тебе ли не знать об этом, магистр?
– Ты клонишь к тому, что мрак должен наступить, согласно законам природы? – спросил я.
– Если не хочешь мрака, живи в подгорье. Здесь всегда сумрак, переходное состояние между светом и тьмой. У нас тебе будет легче.
Предложение было заманчиво. Не всякому человеку гномы предлагают свое покровительство. Об эльфах же и говорить не приходится.
– Знаешь, бывает мрак естественный, когда солнце уходит с неба, а бывает мрак который разумные носят в своей душе. И этот мрак во много крат хуже.
– От этого мрака можно избавиться, убив всех разумных, – сказал Патрик.
Он доел свои лепешки, стряхнул на пол крошки и встал во весь свой рост. Макушка гнома доставала максимум до груди, но казалось, что гном смотрит на меня сверху вниз.
– Мрак в душах людей, можно разогнать. Один маленький источник света, и в душе человека уже не будет мрака.
– Ты пришел просить меч, чтобы с его помощью зажечь свет в душах людей? Или все же им ты собираешься убивать носителей тьмы?
Я искоса посмотрел на гнома и громко фыркнул.
– Я пришел просить меч, способный послужить делу света.
– А разве сам свет не может устоять перед тьмой? – спросил Патрик. – Ты же сказал, что даже крохотная крупица света разгоняет мрак.
– В этом мире все устроено самую малость сложнее, чем может понять человек, – выдал домашнюю заготовку я.
– Пока этот человек не попытается думать, он никогда не познает мир, – Патрик увидел, что я улыбнулся и добавил: – Это так же относится к гномам, эльфам и полуэльфам.
– Мне нужен меч, чтобы бороться за дело света – прямо сказал я. – Ты мне дашь его?
– Приходи, когда будешь знать, для чего он тебе действительно нужен. Может быть, я тогда выполню твою просьбу.
Патрик надел нарукавники и скрылся в одном из коридоров.
Наружу меня вывел тот же самый гном. Мы шли молча, и я так и не догадался спросить у гнома его имя.
– Патрик не дал тебе меч? – спросил меня гном, когда мы вышли на поверхность.
– Не дал, – подтвердил я.
Гном развернулся и молча скрылся в подгорье. А я отвязал от дерева Пчелку и поскакал в город. С пустыми руками.
В пути меня догнал дождь. Струи хлестали по спине, видимость резко упала. Поэтому, когда бандиты появились из-за поворота, я заметил их не сразу. Шесть всадников с длинными кавалерийскими мечами. Такими очень удобно орудовать с лошади. К счастью, луков у них не было. Да и не опасны луки в эту погоду: тетива быстро намокает и стрелы уходят в сторону.
– Готовь денежки, сударь, – рявкнул один из разбойников и перегородил мне дорогу. Лошадь под ним отчаянно загарцевала.
– Пшли прочь, именем света, – сцепив зубы, процедил я.
С шакалами надо обращаться только так. С позиции силы. Стоит дать слабину, и они навалятся на тебя скопом. Еще чуть-чуть, и разбойники бы развернулись, пропуская меня в город. Но один из них увидел мои пустые ножны. Его меч будто сам по себе оказался в руках.
– Не дрейфь, он безоружен.
Моим надеждам на мирный исход встречи не суждено было воплотиться в жизнь. Я немного сдал назад. На магию особой надежды не было – погода не благоприятствовала. Огненные фигуры под проливным дождем имеют свойство гаснуть, не долетев до противника. А молнии в такую погоду вообще смертельно опасны для колдующего. Конечно, я мог усилить дождь или, например, вызвать небольшое землетрясение. А смысл?
Первый из бандитов рванул в мою сторону. Кавалерийский меч – своеобразная штука. Он тяжел. Это свойство очень полезно для атаки конным строем, когда вес меча помноженный на скорость лошади способен одолеть любой доспех. А вот в маневренном бою обладатель короткого меча практически всегда выходит победителем. Жаль, что у меня вообще не было никакого меча. Досадное упущение.
Я шлепнул Пчелку пятками. Лошадь встала на дыбы, и не ожидавший такой прыти бандит сдал в сторону. Передние копыта Пчелки опустились на землю. Я поднырнул под неловкий удар бандита. Наши лошади оказались рядом, и я со всей силы ударил бандита в челюсть. Он сполз с седла, и Пчелка завершила дело ударом копыта в лоб. Я спрыгнул на землю, шлепнул Пчелку по крупу, мол не мешайся, и вынул из рук мертвого бандита меч. Лошадь послушала меня и скрылась за поворотом. А потом я поднял глаза.
Четверо разбойников медленно приближались ко мне. Они оценили мою технику, и не спешили драться по одиночке. В бою против четырех вооруженных всадников у меня не было шансов. Я бросился в лес.
Будь здесь пуща, то уже через пять минут бандиты меня бы потеряли, заблудившись в густых зарослях. Я родился в пуще, и деревья закрыли бы меня собой, не оставляя ни малейшего шанса преследователям. Но это был именно лес – сосновый с небольшими вкраплениями лиственных пород.
Бандиты спешились, и ломанулись сквозь подлесок, пытаясь взять меня в кольцо. У меня оставался шанс убежать, но тут свое слово сказала злодейка гордость. Я остановился около высокой сосны с толстым, почти в два обхвата, стволом. Меч сам занял оборонительную позицию, приподнявшись под углом в сорок градусов...
Первый выпад я легко парировал, расцарапав нападающему запястье. К сожалению, длинным мечом трудно уколоть противника, проще его разрубить на две части, что я и сделал, дождавшись подходящего момента. Теперь передо мной осталось три бандита, и они кинулись в атаку одновременно. К счастью, под деревом дождь почти не ощущался, и я рискнул метнуть фаервол. Практической пользы он не принес – до нападающих долетела только слабая искра, однако психологическое преимущество было несомненным. Пользуясь оказией, вызванной глубоким шоком противника, я отрубил одному из бандитов руку. Все трое тут же дружно предпочли ретироваться, оставив на земле убитого товарища. В этот раз мне удалось одержать победу.
На трупе бандита обнаружились ножны с удобным в ближнем бою коротким мечом. Почему он размахивал длинным двуручником? А шут его знает. Вероятно, хотел иметь возможность дистанционного боя. Я осмотрел меч. Он был выполнен из ланийской стали и хорошо центрирован. Другими достоинствами меч не обладал, за изделие Патрика не сойдет, но по пути в столицу может пригодиться. Кто знает, сколько еще разбойников шляются по дорогам королевства? Я вышел на дорогу и пронзительно свистнул. Пчелка резво выскочила на дорогу. Я запрыгнул на лошадь, и поскакал в сторону Регенбола.
Больше бандитов мне по дороге не встретилось. В столицу я прибыл с рассветом. Стражники при моем приближении отдали честь, и уже через двадцать минут я сидел в тронном зале напротив Короля Света Пендрагона XIX.
– Ты достал меч? – было его первым вопросом.
– Нет, – ответил я, склонив голову.
– Почему? Гном запросил чрезмерную плату?
– Патрик отказался его делать.
– Почему? Гномы наши союзники или где?
Мой взгляд зигзагом скользил по полу. Я чувствовал себя виноватым.
– Патрик спросил, для чего мне нужен меч.
– Надеюсь, ты сказал, что меч тебе нужен, для борьбы за дело света? – Пендрагон нахмурился.
– Сказал.
– И?
– Патрик мне не поверил.
Король встал с трона и встал напротив меня, уперев тяжелый королевский взгляд мне в переносицу.
– Он что кретин?
– Он гном.
– Хм. Это синонимы?
– С точки зрения эльфов – да.
– В тебе взыграла эльфийская кровь? – вкрадчиво спросил Пендрагон.
– Я человек. Именно поэтому я не считаю Патрика кретином.
– Тогда в чем смысл его поступка?
– Он пытался выставить кретином меня, – я тяжело вздохнул. – Похоже, у него это получилось.
Я рассказал королю про нападение бандитов. Пендрагон меня внимательно выслушал, мрачнея.
– Ты думаешь, его подстроил Патрик? – спросил он.
– Вряд ли, – ответил я. – Но исключать возможность утечки информации в Подгорье я бы не стал.
– Утечка могла быть и из Регенбола, – серьезно сказал король.
– Из столицы? – недоверчиво спросил я.
– Да, из столицы. Жаль, что ты не принес меч.
– Зачем? Стоит ли так сильно верить дурацким пророчествам?
– Людям нужен символ. Знание, что у нас есть меч, выкованный самим Патриком, могло воодушевить армию.
– Это столь важно?
– Это важно, Эльрос, – сказал король. – Иди, принеси этот меч. И без него не возвращайся.
Второй раз я спускался в Подгорье, находясь в легкой депрессии. Гном-проводник почувствовал мое состояние, поэтому не приставал ко мне с расспросами. Когда я вошел в комнату Патрика, тот полировал рукоять метательного ножа. На мой неискушенный взгляд в этом ноже было больше магии, чем в большинстве королевских артефактов.
– Добрый сумрак, – поздоровался я.
– Умнеешь, придурок, – ответил Патрик. – Ну что, решил, для чего тебе нужен меч.
– Мне нужен меч, чтобы я мог защищать свою жизнь.
– Для этого подойдет любая полоска стали, – хмуро отозвался Патрик. – Ты мог не тащиться в такую даль, а купить себе меч на рынке.
– А еще этому мечу нужно имя. Бренд. Товарная марка.
– Для чего? – Патрик посмотрел на меня с интересом.
– Толпе нужен фетиш. Символ, на который можно равняться. Регалия, которая вернет людям надежду. Меч без имени в наше время не котируется. Увы. Сколько будет стоить эта работа?
– Один золотой. Дай мне свой меч.
Я вынул из ножен оружие, которое досталось мне от бандита. Патрик хмыкнул, потом взмахнул мечом, проверяя балансировку. Потом гном еще раз хмыкнул, на этот раз одобрительно, достал зубило и выгравировал свое имя на рукояти меча.
Я протянул золотой, и гном не глядя бросил его на верстак.
– Ты доволен, человек?
– Доволен, – ответил я. – Ты меня сейчас назвал человеком. Почему?
– Ни один из эльфов никогда не позволит себе такую вольность по отношению к оружию. Кстати, ответь и ты на один вопрос.
– С удовольствием, гном.
– Ты отказался от мысли, что этот меч должен послужить делу света?
– Отказался.
– Скажи, почему?
– Делу света должен служить я сам. А меч... Что в нем? Это всего лишь полоска стали. Оружие. Фетиш.
Гном улыбнулся. Потом развернулся и направился к выходу из мастерской. Перед самой дверью он произнес:
– У Регенбола появился шанс...

  © Дэн Шорин 2005–2017