Мир фантастики Дэна Шорина
Фантастика Дэна Шорина
скоба
Rambler's Top100
Реклама:

публикация в журнале «Шалтай-Болтай» (#3(32), 2006 год)

Сквозь пустыню

Рецензия на роман Александра Громова „Феодал“
Вышедший в прошлом году роман Александра Громова "Феодал" сразу возглавил список бестселлеров. Для думающего читателя он является символом выхода российской фантастики из затянувшегося кризиса. Заполнившая торговые лотки развлекательная фантастика на продолжительное время вытеснила серьёзные вещи. Чернушные сюжеты Лукьяненко и неудобочитаемое творчество Олди стали на какое-то время яркими примерами упадка русскоязычной фантастики. Правда есть ещё почти гениальный Дивов – но он пишет для строго определённой аудитории, без претензий на массовость. Не каждый способен понять спрятанную в вещах Дивова метафизику.
Но вот на прилавках книжных магазинов появился роман последнего из НФ-авторов, продолжающего традиции советской фантастики – Александра Громова. Хочу отметить, что "Феодал" – роман о людях. Одна из особенностей хорошей фантастики – двойной замысел, где НФ-идея сочетается с глубоким отображением характера героев. Громову удалось гармонично совместить оба этих элемента в романе. Сюжет напоминает Стругацких, возвращая читателя к корням отечественной фантастики.
Итак, существует некая пустынная песчаная плоскость, загадочным образом сопряженная с Землёй. Местами там встречаются оазисы, в которых и живут, попадающие на плоскость люди. Но пройти из одного оазиса в другой практически невозможно – пустыня заполнена губительными для человека аномалиями. И существуют феодалы – люди, способные выжить в пустыне и раздобыть необходимые для нечаянных колонистов вещи. Естественно, просто так ничего не происходит, и десять процентов скудного урожая, выращенного в оазисах, феодал забирает себе. Что вполне справедливо – без него колонисты в оазисах просто не выжили бы.
Но люди всегда остаются людьми. И вот уже кто-то пытается за счёт эксплуатации колонистов построить империю. А кто-то, закопавшись в собственных проблемах, медленно сходит с ума. И все эти проблемы требуют незамедлительного решения, грузом ложатся на феодала. Неудивительно, что в итоге он ломается. Оставляет людей на мальчишку-помощника, и в компании с приглянувшейся ему девушкой пытается вернуться в родной мир. Что это? Бегство от проблем или возвращение к самому себе? В любом случае, в поступки героя веришь. А дальше начинается путь. Тот самый, описанный ещё Буньяном, когда личность переплавляется, человек становится чем-то большим, чем простой смертный. Феодал бросает вызов неведомому экспериментатору, забросившему их на плоскость; отстаивает своё право вернуться домой. И побеждает. Эта победа аллегорическая, она могла быть одержана и много раньше. Для настоящей победы не нужно никуда идти, достаточно только пошевелить мозгами. И герой к этому в итоге приходит.
А концовка поучительна. Человек, закаленный пустыней без труда адаптируется и в нашем мире, поборов свою мягкотелую версию. Но приоритеты смещаются окончательно. Феодал ценит любовь, больше положения или денег, он готов совершать странные поступки, не зависит от мнения окружающих, твердо знает, к чему стремится. Но при этом остаётся человеком.
Как я уже сказал – этот роман о людях. Не каждый человек, живущий в пустыне, может быть феодалом, но каждый феодал должен пройти через пустыню. Огонь, вода и медные трубы – всё это заложено неведомым экспериментатором. Для чего? Не для того ли, чтобы феодал оказался на Земле?
В древности, когда на корабле в большом количестве заводились крысы, моряки выращивали крысиного короля. В большую бочку сажали с десяток самых крупных крыс, бочку запирали. Когда внутри оставалась только одна крыса, вдоволь вкусившая крови собратьев, её выпускали в трюм. Как правило, крыс после этого на корабле не оставалось. Феодал, прошедший через медные трубы власти, огонь пустыни и воду бесконечной реки, возвращается в наш мир. Не для того ли, чтобы здесь стало чуть меньше крыс?
Сам автор на этот вопрос ответа не даёт – концовка у романа открытая. Последнее слово – за читателем.
  © Дэн Шорин 2005–2017